The Convention for the Conservation of Antarctic Marine Living Resources and management problems | Конвенция о сохранении морских живых ресурсов Антарктики и проблемы управления

In 1982, based on the Antarctic Convention, the international organization — Commission for the Conservation of Antarctic Marine Living Resources (CCAMLR) — was founded, which is, according to the United Nations Convention on the Law of the Sea, a regional organization, aimed at fisheries management and invested with enhanced authority on the issues of the Antarctic ecosystem conservation. CCAMLR regulates fisheries by implementing the Conservation Measures (CMs). They are developed by the Scientific Committee with regard to results of scientific observations and programs, models and simulations, and recommendations from the Working Groups. The Measures are adopted by the delegations from member states annually and only after consensus of opinions. Current yield from fishing and harvesting operations in the Antarctic amounts to 279,000 t (2016), including 260,000 t of krill, 12,000 t of the Patagonian toothfish, 4,000 t of the Antarctic toothfish, 600 t of the mackerel icefish, and 2,400 t of by-catch (macrouruses and antimora). Fishing and harvesting operations are carried out (in descending order) by Norway, the People's Republic of China, the Republic of Korea, Ukraine, France, Chile, Australia, Great Britain, New Zealand, Russia, Spain, the Republic of South Africa, Uruguay, Japan. All fishing and harvesting sites are located in the areas, covered by territorial claims of the states of the region. So far CCAMLR has been applying precautionary approach instead, in which precautionary criteria are derived from modeling, inferences and assumptions. Over 20 non-governmental organizations, collaborating with CCAMLR, influence the content of the Measures: Antarctic and Southern Ocean Coalition, Environmental Protection Committee, International Union for Conservation of Nature and Natural Resources, etc. CCAMLR current system of management is basically politically motivated, oriented on minimization of fishing and harvesting operations, and proclamatory conservation of the ecosystem. From 1989 to 2017, CCAMLR member states agreed to shut down fishing operations in 70 % of productive areas, limited fishing operations on icefishes and the Antarctic toothfish down to minimum, banned fishing of cod icefishes (notothens), Electron subantarctic lanternfish and other species. Since 2005, on the pretext of the recommendations of the World Summit on Sustainable Development in Johannesburg (2002), the programs on creating of the Marine Protected Areas (MPAs) network in the Antarctic were imposed on CCAMLR by its member states — Great Britain, the USA, Australia, New Zealand, and France. Those MPAs were meant to cover the area of millions of sq. km, to be located in the waters, adjacent to the sectors of their territorial claims in the Antarctic, and to be put under their own control. It was intended to create an MPA under the control of New Zealand, located in the Ross Sea Region, where fishing operations on the Antarctic toothfish are carried out, and in the adjacent waters, including the section of the Antarctic Circumpolar Current. Russia, Ukraine and several other countries vetoed creation of this MPA, due to the absence of scientific substantiations for it, and also for the reason that such handover of the sites in the open seas of the World Ocean under the control of any state is not stipulated by the Antarctic Convention. A compromise was reached in 2016 by means of creation of a new MPA under the CCAMLR authority, under the condition that there would be assigned a site, where fishing operations can be carried out, yielding catch on the level with the previous years. Thus, the conclusion can be drawn that CCAMLR is developing the ideas of creating the MPA network around Antarctica, where fishing operations could be limited. However, by creating the MPA in the Antarctic open seas and intending to protect it, CCAMLR member states exceeded the legal bounds of the Antarctic Convention, which does not provide for conservation and protection of aquatic areas and biota, including creation of MPAs. Change in CCAMLR regulatory policy to creation of the MPA network in the Antarctic is aimed at positive response of international non-governmental conservational organizations and global community. That being said, there exist well-grounded doubts that an MPA makes it possible to maintain species diversity, functional roles and biomass of hydrobionts, particularly in the regions with continuous anthropogenic pressure, as well as under the conditions of such intense hydrological processes as the Antarctic Circumpolar Current. It seems obvious that, in case the plans of the CCAMLR member states (the MPA supporters) on covering the major part of the Antarctic waters with such MPAs are realized, the catches will have to be brought down to minimum, and any fisheries development in the Antarctic will be considered impossible; its vast biological resources will be unavailable for humanity.

В 1982 г. на основе Антарктической конвенции создана международная организация Антарктическая комиссия (АНТКОМ), которая в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву является региональной организацией по регулированию рыболовства с расширенными полномочиями по сохранению экосистемы Антарктики. АНТКОМ управляет промыслом с помощью Мер по сохранению (МС), разрабатываемых Научным комитетом с учетом результатов научных наблюдений и программ, моделирования и рекомендаций рабочих групп. Меры принимаются делегациями стран-членов ежегодно и только консенсусом. Современный вылов в Антарктике составляет 279 тыс. т (2016 г.), из них 260 тыс. т приходится на криль, 12 тыс. т составляет патагонский клыкач, 4 тыс. т — антарктический клыкач, 0,6 тыс. т — щуковидная белокровка, 2,4 тыс. т — прилов (макрурусы и антимора). Промысел ведут (по убывающей) Норвегия, КНР, Республика Корея, Украина, Франция, Чили, Австралия, Великобритания, Новая Зеландия, Россия, Испания, ЮАР, Уругвай, Япония. Все участки промысла находятся в секторах территориальных притязаний государств региона. АНТКОМ применяет предосторожный подход, основанный на моделировании, предположениях и допущениях. На содержание Мер влияют более 20 сотрудничающих с АНТКОМ общественных организаций: Коалиция по Антарктике и Южному океану, Комитет по охране окружающей среды, Международный союз охраны природы и пр. Современная система управления АНТКОМ ориентирована на минимизацию промысла и декларативную деятельность по сохранению экосистемы. С 1989 по 2016 г. страны-члены АНТКОМ закрыли промыслы на 70 % площади продуктивных районов, ограничили до минимума вылов ледяных рыб и антарктического клыкача, запретили промысел нототений, электроны Карлсберга и др. С 2005 г. некоторые государства-члены АНТКОМ (Великобритания, США, Австралия, Новая Зеландия, Франция), ссылаясь на рекомендации Всемирного Саммита в Йоханнесбурге (2002 г.), навязывали АНТКОМ программы создания сети морских охраняемых районов (МОР) площадью в несколько млн кв. км в акваториях, прилегающих к секторам их территориальных притязаний в Антарктике, с передачей МОР под их собственное управление. Предполагалось создание МОР под управлением Новой Зеландии в районе моря Росса, где ведется промысел антарктического клыкача, и в прилегающей акватории, включая участок Антарктического циркумполярного течения. Россия, Украина и ряд других государств блокировали создание этого МОР ввиду отсутствия научных обоснований, а передача акваторий открытых вод Мирового океана под управление какого-либо государства не предусмотрена Конвенцией ООН по морскому праву. Компромисс был достигнут путем создания в 2016 г. МОР под управлением АНТКОМ с условием выделения участка для промысла с выловом на уровне прошлых лет. С учетом достигнутого компромисса АНТКОМ развивает идеи создания сети МОР вокруг Антарктического континента с возможностью ограниченного промысла в них. Однако государства-члены АНТКОМ, создав МОР в открытых водах Антарктики и намереваясь каким-то образом его охранять, тем самым вышли за правовые пределы Антарктической конвенции, которая не предусматривает охрану и защиту акваторий и биоты, в т. ч. путем создания МОР. Изменение регуляторной политики АНТКОМ в сторону создания сети МОР в Антарктике ориентировано на положительную реакцию международных неправительственных природоохранных организаций и заинтересованной мировой общественности. При этом существуют обоснованные сомнения в способности МОР поддерживать разнообразие видов, функциональные роли и биомассу гидробионтов, в частности в регионах с глубоким и длительным антропогенным воздействием, а также в условиях таких интенсивных гидрологических процессов, как Антарктическое циркумполярное течение. Не приходится сомневаться, что в случае реализации планов сторонников МОР по закрытию большей части акватории Антарктики подобными охраняемыми районами уловы в них придется сводить к минимуму и какое-либо развитие рыболовства в Антарктике станет невозможным, а ее огромные биоресурсы станут недоступными для человечества.

Published